Однажды, как сейчас помню, году в 1970, в провинциальный город Пензу вдруг завезли пеньюары в комплекте с ночнушками. Очень нарядные, нейлоновые, с рюшечками по лифу и подолу и типа кружевным верхним слоем, а второй слой, как бы подкладочный, был гладкий и полупрозрачный. Выглядели пеньюары будто торт со взбитыми сливками и марципанами.

 Стоили эти комплекты по тем временам бешеные деньги, в магазине образовалась глазеющая толпа, но пеньюары не спешили продаваться. У мамы был день рождения, и папа купил ей эту прелесть. Процесс продажи сопровождался дружным "Ах!" и завистливыми взглядами.

 Мама по утрам начала вести светскую жизнь и рассекала по квартире в этом пеньюаре. Яичница, пожаренная на завтрак мамой в пеньюаре, была на порядок вкусней и изысканней. 

Мама работала на телецентре и была в курсе всех местных событыий - по тем временам телевещание только-только становилось на ноги, и развлекательных передач было мало. Провинция в сетке вещания имела два часа, которые нужно было заполнять собственными новостями. И вот в местном драмтеатре случилась премьера, про которую было решено сделать репортаж, потому что культурное событие. 

Та-дам! В главной ложе восседала жена первого секретаря горкома партии, наряженная в этот пеньюар. Дальше все пошло наперекосяк, потому что публика вертела головой между сценой и ложей, кое-кто даже вставал с мест, чтобы лучше разглядеть. Премьера была почти сорвана.

 Я об этом знаю со слов мамы, которая дико хохотала, рассказывая об этом после работы, переодевшись в пеньюар.